Как Советская армия дала отпор немецким захватчикам

Сталин и Гитлер

В своих многочисленных речах Адольф Гитлер утверждал, что немецкому населению необходимо больше жизненного пространства. Политика Гитлера была направлена в основном против Советского Союза. Особенно его интересовала Украина, где он планировал создать немецкую колонию. Система была основана на британской оккупации Индии:

«Чем Индия была для Англии, тем территории Советской России будут для нас…»

В ряде выступлений в 1920-х годах Гитлер говорил о расширении немецкого «жизненного пространства» за счет СССР. В речи 1922 года он утверждал, что только через уничтожение большевизма можно спасти Германию. В то же время через экспансию в сам Советский Союз была бы получена территория, в которой нуждалась Германия. Уже в декабре 1922 года Гитлер говорил о необходимости союза с Великобританией против Советского Союза. Он сказал Эдуарду Шарреру, одному из первых сторонников нацистской партии:

«Германия должна будет приспособиться к чисто континентальной политике, избегая нанесения ущерба английским интересам. Необходимо было бы попытаться уничтожить Советскую Россию с помощью Англии. СССР дал бы Германии достаточно земли для немецких поселенцев и широкое поле деятельности для немецкой промышленности».

Адольф Гитлер и Советский Союз

Гитлер считал, что тактика блицкрига, применявшаяся против других европейских стран, не может быть так же успешно использована против Советского Союза. Он признавал, что из-за огромных размеров Советского Союза на его оккупацию потребуется больше времени, чем на оккупацию других стран. Однако он был уверен, что этого можно добиться в течение летних месяцев 1941 года. План Гитлера состоял в том, чтобы напасть на Советский Союз тремя основными группами армий: с севера — на Ленинград, с центра — на Москву и с юга — на Киев. Немецкое верховное командование утверждало, что атака должна быть сосредоточена на Москве, главном коммуникационном центре Советского Союза. Гитлер отверг это предложение и был уверен, что немецкая армия сможет достичь всех трех целей до наступления зимы. Его первоначальная идея состояла в том, чтобы начать кампанию 15 мая 1941 года, но она была отложена до июня, потому что Гитлер хотел убедиться, что у него достаточно немецких солдат в оккупированной немцами Польше, чтобы добиться легкой победы.

Гитлер считал, что после серии военных поражений правительство Иосифа Сталина падет. Гитлер сказал генералу Альфреду Йодлю:

«Нам нужно только выбить дверь, и вся эта гнилая конструкция рухнет».

Другие ведущие военные деятели также были уверены в скорой победе. Фельдмаршал Пауль фон Клейст сказал после войны Бэзилу Лидделлу Харту:

«Надежды на победу в значительной степени строились на том, что вторжение приведет к политическому перевороту в СССР… Слишком большие надежды строились на вере в то, что Сталин будет свергнут собственным народом, если потерпит тяжелое поражение. Это убеждение насаждалось политическими советниками фюрера, а мы, солдаты, не знали достаточно о политической стороне дела, чтобы оспаривать его».

Йозеф Геббельс также ожидал быстрой победы:

«Фюрер считает, что военные действия займут всего 4 месяца; я думаю — еще меньше. Большевизм рухнет как карточный домик. Нас ждет беспрецедентная победоносная кампания… Сотрудничество с Советским союзом фактически было пятном на нашей репутации. Теперь оно будет смыто. То, против чего мы боролись всю жизнь, теперь будет уничтожено. Я говорил это фюреру, и он полностью со мной согласен».

Гитлеру было известно, что в Красной Армии не хватало опытных офицеров. По оценкам, во время чистки были казнены, заключены в тюрьму или уволены 36 671 офицеров, а из 706 офицеров в звании командира бригады и выше нетронутыми остались только 303. Самой известной жертвой стал маршал Михаил Тухачевский, ведущий сторонник мобильной войны. Его арест представлял собой преднамеренное разрушение оперативного мышления Красной Армии. К 1941 году большинство уволенных офицеров были восстановлены, но психологический эффект был разрушительным.

Михаил Тухачевский
Михаил Тухачевский

Гитлер знал о численном превосходстве русских, но он был уверен, что политическая слабость советского правительства в сочетании с техническим превосходством немцев обеспечит ему быструю победу.

Иосиф Сталин и оборона Советского Союза

Сталин подписал нацистско-советский пакт 23 августа 1939 года. Он не доверял Гитлеру, но считал, что это даст ему достаточно времени для укрепления советской обороны. Однако советское военное планирование было основано на предположении, что немецкая армия встретит более эффективное сопротивление со стороны французских вооруженных сил. После капитуляции Франции в мае 1940 года советские эксперты предположили, что Великобритания продержится всего пару месяцев и что Гитлер обратит свое внимание на Советский Союз.

Сталин говорил своим военным руководителям:

«Мы не готовы к войне такого рода, какая ведется между Германией и Англией».

Сталин признал в речи перед выпускниками Военной академии в Москве:

«Война с Германией неизбежна. Если товарищу Молотову удастся через Министерство иностранных дел отсрочить войну на два-три месяца, это будет нашей удачей…»

Летом 1941 года приоритетной задачей Сталина было не дать Гитлеру повода для начала войны. Генерал Георгий Жуков не соглашался с политикой умиротворения Сталина и выступал за вторжение в нацистскую Германию. После короткого спора он был вынужден согласиться с доводами Сталина.

Источники разведданных и вторжение

В ноябре 1929 года Советский разведчик Рихард Зорге получил указание вступить в нацистскую партию. Для прикрытия своей развед. деятельности он получил должность в газете «Гетрайде Цайтунг». Вскоре Зорге установил хорошие отношения с несколькими важными фигурами, работавшими в посольстве Германии в Токио. Среди них были Ойген Отт и посол Германии Герберт фон Дирксен. Это позволило ему получить информацию о намерениях Германии в отношении Советского Союза.

18 декабря 1940 года Адольф Гитлер подписал директиву № 21, более известную как операция «Барбаросса». Через несколько дней Рихард Зорге отправил копию этой директивы в штаб-квартиру НКВД. В течение следующих нескольких недель НКВД получал обновленную информацию о немецких приготовлениях. В начале 1941 года Харро Шульце-Бойзен направил в НКВД точную информацию о планируемой операции, включая цели бомбардировок и количество задействованных войск. В начале мая 1941 года Леопольд Треппер назвал уточненную дату начала операции «Барбаросса» — 21 июня. 12 мая Зорге предупредил Москву, что вдоль границы сосредоточено 150 немецких дивизий. Через три дня Зорге и Шульце-Бойзен подтвердили, что 21 июня будет датой вторжения в Советский Союз.

Рихард Зорге
Рихард Зорге

В начале июня 1941 года Фридрих-Вернер Граф фон дер Шуленбург, посол Германии, провел встречу в Москве с Владимиром Деканозовым, советским послом в Берлине, и предупредил его, что Гитлер планирует отдать приказ о вторжении в Советский Союз. Деканозов, пораженный таким откровением, сразу заподозрил подвох. Когда Сталину сообщили эту новость, он заявил Политбюро, что все это часть заговора Уинстона Черчилля с целью развязать войну между Советским Союзом и Германией:

«Дезинформация теперь достигла уровня послов!».

16 июня 1941 года один из агентов доложил в штаб НКВД, что разведданные, полученные по их каналам, свидетельствуют о том, что:

«Все военные учения Германии по подготовке к нападению на Советский Союз завершены, и удар можно ожидать в любой момент».

Позднее советские историки насчитали более сотни предупреждений разведки о подготовке к нападению Германии, направленных Сталину в период с 1 января по 21 июня. Другие были получены от военной разведки. Сталин ответил на донесение Шульце-Бойзена в НКВД:

«Это не источник, а дезинформатор».

В апреле 1941 года Уинстон Черчилль направил личное послание Сталину, в котором утверждал, что передвижение немецких войск свидетельствует о том, что они собираются напасть на Советский Союз. Однако Сталин по-прежнему с подозрением относился к британцам и считал, что Черчилль пытается обманом заставить его объявить войну Германии.

Рекомендуем:  Танковый таран: опасная тактика, которую использовала Красная Армия для победы над немцами

Операция «Барбаросса»

21 июня 1941 года немецкий сержант дезертировал в советские войска. Он сообщил, что немецкая армия нападет на рассвете следующего утра. Военный комиссар маршал Семен Тимошенко и начальник Генерального штаба генерал Георгий Жуков отправились с этой новостью к Сталину. Реакция Сталина заключалась в том, что предполагаемый немецкий дезертир был попыткой спровоцировать Советский Союз. Сталин все же согласился разослать сообщение всем своим военачальникам:

«Возникла возможность внезапного нападения Германии 21-22 июня… Нападение Германии может начаться с провокаций… Приказано скрытно занять опорные пункты на границе… рассредоточить и замаскировать самолеты на специальных аэродромах… привести все части в боевую готовность… Никакие другие меры не должны применяться без особых распоряжений».

Сталин лег спать. В 3.30 утра Тимошенко получил сообщение о сильном обстреле вдоль советско-германской границы. Тимошенко велел Жукову позвонить Сталину по телефону. Сталин не поверил своим ушам. Тяжело дыша, он пробурчал Жукову, что никаких контрмер предпринимать не следует… Единственной уступкой Сталина Жукову было подняться с постели и на лимузине вернуться в Москву.

Там он встретил Жукова и Тимошенко вместе с Молотовым, Берией, Ворошиловым и Львом Мехлисом. Бледный и растерянный, он сидел с ними за столом, сжимая пустую трубку для успокоения. Он не мог признать, что ошибался в отношении Гитлера. Он бормотал, что начало военных действий должно быть вызвано заговором внутри вермахта… Гитлер, конечно, не знает об этом. Он приказал Молотову связаться с послом Шуленбургом, чтобы прояснить ситуацию.

Георгий Жуков
Георгий Жуков

Сталин был слишком шокирован, чтобы сообщить народу Советского Союза, что страна подверглась вторжению Германии. Поэтому Вячеслава Молотова попросили сделать радиосообщение.

«Сегодня в четыре часа утра германские войска напали на нашу страну… Без объявления войны… Наше дело правое. Враг будет разбит. Мы победим».

Сталин удалился на свою дачу и отказался с кем-либо разговаривать. Молотову пришла в голову идея создания Государственного комитета обороны. Он убедил Лаврентия Берию (главу НКВД), Георгия Маленкова (секретаря Центрального комитета), Климента Ворошилова (народного комиссара обороны), Николая Вознесенского (Госплан) и Анастаса Микояна (народного комиссара внешней и внутренней торговли). Это была первая за многие годы крупная инициатива, которую кто-либо из них предпринял, не заручившись одобрением Сталина.

Группа отправилась к Сталину на дачу. Они нашли его сидящим в кресле. «Зачем вы приехали?» Микоян подумал, что Сталин думает, что они собираются его арестовать. Молотов объяснил необходимость создания Государственного комитета обороны. Сталин спросил: «Кто будет его возглавлять?». Молотов предложил, чтобы председателем комитета был Сталин. Тот сказал: «Хорошо». Берия считал, что рано или поздно они поплатятся за то, что видели его в момент глубокой слабости.

3 июля 1941 года Сталин выступил по радио с первым после вторжения обращением:

«Красная Армия, Красный Флот и все граждане Советского Союза должны защищать каждую пядь Советской земли, должны драться до последней капли крови за наши города и села, должны проявлять смелость, инициативу и умственную бдительность, свойственные нашему народу… В оккупированных районах условия должны быть сделаны невыносимыми для врага и всех его пособников. Их нужно преследовать и уничтожать на каждом шагу…»

Нападение на Советский Союз

Первой целью немцев было уничтожение Красной Армии, размещенной на западной границе Советского Союза. Примерно 3,6 миллиона немецких и союзных солдат (финские и румынские части) с 600 000 автомобилей, 3600 танков, 7100 артиллерийских орудий и 2700 самолетов пересекли границу. Сотни войск были спрятаны в березовых и пихтовых лесах Восточной Пруссии и оккупированной Польши. Этим силам противостояли 2,9 миллиона советских солдат Западного военного округа с 15 000 танков, 35 000 артиллерийских орудий и примерно 8 500 самолетов.

Вторжение в Советский Союз простиралось от Финляндии до Черного моря. За массированным артиллерийским обстрелом последовало быстрое продвижение бронетанковых и механизированных частей.

Узнав о первых успехах, Адольф Гитлер сказал:

«Не пройдет и трех месяцев, как мы станем свидетелями краха СССР, подобного которому еще не было в истории.»

За первые девять часов операции Люфтваффе совершили упреждающие вылеты, в результате которых было уничтожено 1200 советских самолетов, подавляющее большинство из которых находилось на земле. Немецкие пилоты не могли поверить своим глазам, когда увидели сотни советских самолетов, аккуратно выстроившихся в рассредоточенном порядке рядом со взлетно-посадочными полосами. Те самолеты, которым все же удалось оторваться от земли, оказались легкими мишенями. Один генерал Люфтваффе назвал эти воздушные бои с неопытными пилотами «детоубийством».

Рекомендуем:  Какие земли получил СССР после Второй мировой войны?

Люфтваффе также атаковали советские войска и склады снабжения. По сообщениям, в первый день вторжения было уничтожено 1 489 самолетов, а за первые три дня — более 3 100. Герман Геринг, министр авиации, был настолько удивлен этой новостью, что приказал проверить цифры. Позднее СССР признал, что за первые три дня он потеряли 3 922 самолета, в то время как потери немецких самолетов оценивались в 78.

Герман Геринг
Герман Геринг

Немецкие войска продвигались тремя основными армейскими группами. Северная группа направлялась на Ленинград, центральная — на Москву, а южные войска — на Киев. Фельдмаршал Генрих фон Браухич, главнокомандующий немецкой армией, и Франц Гальдер, начальник Генерального штаба, утверждали, что наступление должно быть сосредоточено на Москве, главном коммуникационном центре Советского Союза. Гитлер отверг это предложение и был уверен, что немецкая армия сможет достичь всех трех целей до наступления зимы.

Гитлер решил ослабить это центральное направление, чтобы усилить то, что они рассматривали как вспомогательные операции. Он считал, что после захвата сельскохозяйственных богатств Украины и кавказских нефтяных месторождений непобедимость Германии гарантирована. Эта задача была возложена на группу армий «Юг» под командованием фельдмаршала Герда фон Рундштедта, которого поддерживали венгры и румыны. Румынский диктатор, маршал Ион Антонеску, был в восторге, когда ему сообщили об операции «Барбаросса» за десять дней до ее начала.

«Конечно, я буду там с самого начала. Когда речь идет о военных действиях против славян, всегда можно рассчитывать на Румынию».

Тактика блицкрига в Советском Союзе имела впечатляющий успех. Наступление на всех фронтах было стремительным, большинство частей продвигались почти на 80 километров в день. Сражения под Белостоком и Минском завершились 9 июля уничтожением двух советских армий (3-й и 10-й). Было взято более 300 000 пленных; также было уничтожено или захвачено 1400 орудий и 2500 танков. Узнав об этом, Иосиф Сталин сказал Лаврентию Берии:

«Это чудовищное преступление. Виновные должны лишиться голов» и немедленно поручил НКВД расследовать это дело.

Командующий советским Западным фронтом генерал Демитрий Павлов и генерал-майор Владимир Ефимович Климовских были отозваны в Москву. После встречи с Климентом Ворошиловым им было предъявлено обвинение в участии в:

«антисоветском военном заговоре, предательстве интересов Родины, нарушении присяги и нанесении ущерба боевой мощи Красной Армии».

Сообщалось, что:

«Предварительным судебным следствием установлено, что подсудимые Павлов и Климовских в период начала боевых действий с немецкими войсками против Союза Советских Социалистических Республик, проявили трусость, бездарность, бесхозяйственность, допустили развал командования и управления, сдачу оружия противнику без боя, умышленное оставление Красной Армией военных позиций, сильнейшую дезорганизацию обороны страны и дали возможность противнику прорвать фронт Красной Армии.» Оба были казнены 22 июля 1941 года.

Генерал Георгий Жуков издал директиву, в которой изложил ряд выводов, вытекающих из опыта трехнедельной войны против германского фашизма. Его главным выводом было то, что Красная Армия страдала от плохой связи и больших, неповоротливых формирований, которые представляли собой уязвимую цель для воздушной атаки. Большие армии затрудняли организацию командования и управления во время боя, особенно потому, что очень многие офицеры молоды и неопытны. Поэтому Жуков предложил переход на систему небольших армий, состоящих максимум из пяти-шести дивизий.

Первая фаза операции «Барбаросса» завершилась взятием Смоленска. Потери Советских войск были высоки (около 300 000 человек попали в плен), но сопротивление было невероятно ожесточенным. Впервые Красная Армия смогла провести контрнаступление, чтобы ослабить натиск немцев. Именно Смоленское сражение фактически сорвало график захвата Москвы немецкой армией и значительно осложнило планы по завершение войны до наступления зимы.

Генерал Андрей Еременко, сменивший генерала Павлова на посту командующего советским Западным фронтом, позже писал:

«Завалив трупами каждую пядь земли, фашисты прорвались к Смоленску. Почти целый месяц шли упорные бои за сам город. Город неоднократно переходил из рук в руки. Не одна немецкая дивизия нашла свое последнее пристанище на подступах к Смоленску и в самом городе. За каждую улицу и каждый дом шли жестокие бои, и фашисты очень дорого заплатили за каждый метр своего продвижения. Сотни немецких солдат и офицеров погибли в водах Днепра».

Немецкие командиры недооценили боеспособность Красной Армии. Они быстро обнаружили, что окруженные или уступающие по численности советские солдаты продолжали сражаться, когда их коллеги из западных армий уже сдались бы в плен. Были случаи, когда советские солдаты сражались более месяца после того, как город или поселок был занят немецкой армией. Многие из раненых советских солдат, попавших в плен, смогли выжить в нацистских лагерях для военнопленных до освобождения в 1945 году. Вместо того чтобы относиться к ним как к героям, их отправили прямиком в ГУЛАГ, следуя приказу Сталина, согласно которому любой, кто попал в руки врага, был предателем. Сталин даже отрекся от собственного сына, Якова Джугашвили, который попал в плен 16 июля 1941 года. Он был особенно зол на то, что его сына использовали в антисоветской пропагандистской кампании.

Яков Джугашвили
Яков Джугашвили

Немецкой армии удалось заманить советские войска в ловушку в окрестностях Киева. Это окружение считается крупнейшим окружением в истории войн. Это было беспрецедентное поражение Красной Армии. Сражение продолжалось до 26 сентября, и Советские войска потеряли 700 544 человек.

Красная армия одержала ряд побед и немецкое командование начало испытывать беспокойство по поводу сложившейся ситуации. Фельдмаршал Герд фон Рундштедт заметил: «Просторы России поглощают нас». К августу 1941 года Красная Армия потеряла более двух миллионов человек, но советских армий становилось все больше. Генерал Франц Гальдер писал в своем дневнике: «В начале войны мы рассчитывали примерно на 200 советских дивизий. Сейчас мы насчитали уже 360».

Рекомендуем:  Какова была цель пакта Молотова-Риббентропа?

Стало ясно, что немецкая армия недостаточно сильна, чтобы вести наступление сразу на трех различных направлениях. Потери были выше ожидаемых — более 400 000 человек к концу августа. Двигатели забивались песком из пылевых облаков и постоянно ломались, а запасные части были в дефиците. Чем дальше немцы продвигались в Россию, тем труднее было доставлять припасы. Колонны танков, мчавшиеся вперед, часто вынуждены были останавливаться из-за нехватки топлива. Пехотные дивизии проходили от 30 до 60 километров в день.

«Пехота так уставала, продвигаясь вперед в полном снаряжении, что многие засыпали на марше».

Операция «Тайфун»

Только 26 сентября 1941 года Гитлер дал разрешение генералу Францу Гальдеру начать операцию «Тайфун» — наступление на Москву. Однако драгоценное время было упущено. Казалось, все начиналось хорошо: к 20 октября немецкие войска одержали ошеломляющие победы под Вязьмой и Брянском. Восемь советских армий под командованием маршала Семена Тимошенко были уничтожены, 650 000 человек взяты в плен. Дорога на Москву казалась открытой.

В своей речи в Берлине Гитлер хвастался:

«За нашими войсками уже лежит территория, вдвое превышающая размеры Германского рейха, когда я пришел к власти в 1933 году. Сегодня я безоговорочно заявляю, что враг на востоке повержен и никогда больше не поднимется».

Шесть дней спустя Отто Дитрих, шеф рейхспресса, объявил, что война на востоке закончилась:

«С Советской Россией покончено. Британская мечта о войне на два фронта умерла».

Членам Шутцштаффеля (СС) было приказано уничтожить все проявления коммунизма в Советском Союзе. Коммунисты должны были быть казнены, а поскольку русские были «недочеловеками», обычные нормы поведения по отношению к пленным солдатам не применялись. По оценкам, в течение первого года вторжения эсэсовцы казнили более миллиона коммунистов.

По мере продвижения немецких войск вглубь территории Советского Союза линии снабжения становились все длиннее. Иосиф Сталин дал указания, что при вынужденном отступлении Красная Армия должна уничтожить все, что может пригодиться врагу. Политика выжженной земли и формирование партизанских отрядов за немецкой линией фронта создали серьезные проблемы для немецкой военной машины, которая пыталась обеспечить трехмиллионную армию необходимым продовольствием и боеприпасами. Во время отступления советские солдаты загрязняли колодцы, а колхозные постройки были разрушены. Запасы продовольствия, которые не удавалось вовремя перевезти, приводились в негодность. Запасы зерна обливались бензином, а советские бомбардировщики сбрасывали на посевы фосфорные бомбы.

В Москве более ста тысяч мужчин были мобилизованы в ополчение, а четверть миллиона гражданских лиц, в основном женщин, начали рыть противотанковые рвы. 15 октября 1941 года Сталин сказал Вячеславу Молотову, Кагановичу и Анастасу Микояну, что он предлагает эвакуировать все правительство в Куйбышев. Молотову и Микояну было приказано руководить эвакуацией, а Каганович обеспечивал транспорт. Сталин предложил, чтобы все члены Политбюро уехали в тот же день, и добавил: «Я уеду завтра утром».

17 октября он передумал и решил, что будет жить в бомбоубежище, расположенном под станцией метро «Кировская», а Генеральный штаб будет работать на станции метро «Белорусская». В годовщину русской революции Сталин решил, что подкрепления для армий Жукова пройдут по Красной площади. Он знал, какую ценность будут иметь кадры кинохроники этого события, когда их распространят по всему миру. Сталин выступил с речью, в которой сказал:

«Если они хотят войны на истребление, они ее получат!».

Немцы продолжали наступление, но осенние дожди размыли дороги, в результате чего грузовики, танки и артиллерия тонули в грязи. Затем начался снегопад. Уверенные в том, что кампания будет завершена до наступления зимы, Гитлер и его штаб не предусмотрели выдачу зимней одежды войскам. С начала ноября немцы сражались при минусовой температуре, усиливающейся из-за ветра, нескольких часов дневного света и длинных ночей, сражались на незнакомой земле вдали от дома против Советской армии, привыкшей к таким условиям, тепло одетой и экипированной для зимних операций.

К 27 ноября 1941 года часть немецких войск достигла Волжского канала, всего в 30 километрах от северной окраины Москвы. Немецкие патрули достигли даже внешних пригородов. Все немецкие наступления были остановлены 5 декабря, и началась подготовка к отходу на оборонительные позиции на зиму. Ни одна из главных целей, Ленинград и Москва, не была захвачена.

Битва за Москву

Фельдмаршал Фердор фон Бок в начале декабря был вынужден признать, что надежды на «стратегический успех» больше не осталось. Тесные сапоги со стальной подошвой просто ускоряли процесс обморожения, поэтому немцы прибегали к краже одежды и сапог военнопленных и гражданских лиц. Немецкие солдаты:

«Были истощены, а случаи обморожения — число которых к Рождеству достигло более 100 000 — быстро превысило число раненых.»

Каганович был занят организацией переброски 400 000 свежих войск, 1000 танков и 1000 самолетов через евразийские пустоши, в одном из самых решающих логистических чудес войны. 6 декабря 1941 года генерал Георгий Жуков, командующий центральными советскими войсками, начал зимнее контрнаступление с помощью свежих дивизий, переброшенных из Сибири. Эдвард Радзинский отмечал:

«В сражении участвовало более ста дивизий. Немцы не выдержали удара».

Большинство красноармейцев были экипированы для зимней войны. Кроме того, впервые Красная Армия получила превосходство в воздухе. Русские защитили свои самолеты от холода, в то время как ослабленные Люфтваффе, действовавшие с импровизированных посадочных полос, были вынуждены размораживать каждую машину, зажигая костры под ее двигателями.

Партизанские отряды, организованные офицерами пограничных войск НКВД, были отправлены за линию фронта. Эти подразделения внезапно появлялись в 20 километрах позади фронта, атакуя артиллерийские батареи или склады снабжения. Теперь стало ясно, что Советская армия планировала окружить немецких солдат. Поэтому фельдмаршал Фердор фон Бок отдал приказ немецкой армии отступить на расстояние 150-ти километров.

Оценить запись
Поделиться
Добавить комментарий